Мы не знаем, что будет завтра… Пусть оно просто будет…
И пусть в нём будут все те, кто нам дорог…

Судьба-состав, что мчится вдаль
есть топка… тОрмоза педаль,
есть остановки и разъезды,
есть тупики и есть подъезды,
и полустанков светлячки,
есть темнота и в ней не зги,
попутчиков на всю дорогу,
улыбчивых и очень строгих,
от «А» до «Я» и чуть короче,
есть дни разлук, прощаний ночи,
и встречи розовых рассветов,
приветствий, слез, объятий… где-то
ждёт поворот… и «чистый лист»
и только ты там машинист,
… показать весь текст …

ребёнком восторгались, ах, какой же талант, вы только посмотрите,
в картинах его брызжет жизни фонтан, прекрасный и удивительный,
но годы прошли, повзрослел тот ребёнок и забросил свои художества,
поседел, постарел и в конечном итоге превратился в простое ничтожество…

Если солнце спустилось за озерную крышу,
Звуки тихой валторны я в оркестре не слышу…
Лишь упрямая скрипка с ветром вечности спорит
И, с дыханьем сосновым, в моей памяти бродит…)
-----
Предельный признак любой границы
встречается с памятью в два кольца.
На матрице записи истории мира
сфера не форма, а знак венца.
----
Наверно не следует пытаться упростить или усложнить то, о чем говоришь или пишешь.
Материальность любого смысла все равно пройдет через фильтры понимания или так и останется лежать…
… показать весь текст …

Учиться на чужих ошибках всё равно, что пользоваться шпаргалками, оценку может быть и получишь, а вот знания приобретёшь вряд ли.

Чтобы выбраться из задницы, нужно первым делом оторвать её от стула.

Родной — всегда тебе родной, богат он, беден, иль больной.

Чехов был у самой грани религии. И не пошел дальше. Помешала любовь к ближнему. Лев Толстой перешел грань. Помогла любовь к себе. Чехов боялся смерти, но редко говорил о ней. Трудно говорить. Лев Толстой боялся смерти и постоянно говорил о ней. Трудно молчать.

У кого мало — готов поделиться последним, у кого много — и последним не побрезгует.

— Он заслуживает смерти!
— Верно. Заслуживает. И не только он. Многие из живущих заслуживают смерти, а многие из умерших — жизни. Ты можешь вернуть ее им? То-то же. Тогда не спеши осуждать и на смерть.

В мире много соблазнов дано,
И на них так легко поддаться,
Знать бороться всю жизнь суждено,
Чтоб самим собою остаться.

Жизненная пуповина обрезается дважды: при нашем рождении и в момент смерти матери

Ошибки совершаешь по глупости; наделав ошибок, набираешься опыта; набравшись опыта, становишься мудрее — вывод: мудрым становишься по глупости …

В душе каждого из нас бушуют страсти. Святые только на иконах.

Чем выше интеллект, тем больше тараканов.

У меня такое нехорошее ощущение, что я правильно живу…

Наивность человека помогает жить, он всегда наивно верит что завтра будет лучше чем вчера.

Можно загадать желание на Новый год…
Пусть все будет хорошо. Если не очень, пусть наладится. Пусть близкие будут здоровы. Пусть встретятся любящие сердца. Пусть не плачут по ночам матери. Пусть дети наши будут счастливы. Пусть радости будет больше чем печалей.
Пусть у каждого сбудется то, что хочется.
А может, надо просто молиться каждый день…

Ценить надо всю жизнь, а не оставшуюся её часть.

Есть люди до того в своём собственном сознании безукоризненные, что любую подлость совершают как бы невзначай и непременно с позиции честности, по зову долга.